Сибирь.Реалии

254 подписчика

"Горжусь знакомством!" Иркутск отреагировал на появление в городе "иноагента"

"Горжусь знакомством!" Иркутск отреагировал на появление в городе "иноагента"

На этой неделе реестр иноагентов, который ведет Минюст РФ, пополнился в очередной раз. В список СМИ-иноагентов, в частности, внесли еще 22 журналиста и правозащитника. В их числе иркутский координатор движения по защите прав избирателей "Голос" Алексей Петров. Известие вызвало большой резонанс – известного историка, журналиста, создателя популярного проекта "Прогулки по старому Иркутску" в регионе очень ценят. Сам Петров признается, что столько "поздравлений" и приятных слов не получал даже в свой день рождения. При этом ему уже пришлось оставить несколько руководящих должностей, и не исключено, что придется уйти из правления некоммерческих проектов, чтобы их сохранить.

"Никто мне не звонил"

– Узнал из СМИ, никто мне накануне не звонил, приветов не передавал, – рассказывает Алексей Петров. – Вечером 29 сентября 2021 года на сайте Минюста РФ появилась информация о том, что 22 физических лица на территории РФ были признаны иностранными агентами. И, соответственно, в этот список попал я. Узнал я об этом в 23:30, когда один из моих знакомых журналистов, который каждый день заходит на сайт Минюста и проверяет список, увидел там мою фамилию и бросил в чат: "Вот, ребята, мы вас "поздравляем".

Не успел я прочитать это сообщение, как через 10 минут мне позвонили первые журналисты. Конечно, не могу сказать, что был какой-то праздничный восторг, поскольку я понимал, что этот статус серьезно повлияет не только на меня, но и на всех тех людей, которые меня окружают, и, соответственно, на те проекты, в которых я принимаю участие.

Пока нет никаких объяснений и пояснений, как это произошло, поскольку единственное, что мы имеем на сегодняшний день, – это информация, которая есть на сайте Минюста. Это физическое лицо – фамилия, имя, отчество (ни места жительства, ни даты рождения). Поэтому, когда меня вчера спрашивали о том, а точно ли я тот самый Петров Алексей Викторович из реестра, я говорил: "Я не буду лукавить, знаю всех других в этом списке, поэтому предполагаю, что все же я. Если есть другой Петров Алексей Викторович, который считает, что это он, возражать не буду". Предположения мои подкрепляются в том числе тем, что в списке большое количество экспертов по выборам, большая часть из них входит в движение по защите прав избирателей "Голос".

– Ваше включение, думаете, связано с работой в "Голосе"?

– Я могу предполагать, что это связано с движением в защиту прав избирателей "Голос", в котором я состою 14 лет, с 2007 года.

Когда в августе "Голос" получил этот статус, я предполагал, что история продолжится, но думал, что это будут "вожди". Я человек маленький, живу в Сибири, очень далеко. Но нет: у движения "Голос" 43 региональных отделения, в списке – 19 координаторов движения.

Почему выбрано именно это время? Не могу сказать, не мной было решено. Но есть факт. И закон нужно исполнять. Хотя никаким иностранным агентом я себя не считаю, поскольку все, чем я занимаюсь, – это исключительно общественная, гражданская, культурная деятельность.

И это решение буду обжаловать, как только получу на руки документы. Мы позвонили вчера "иностранному агенту" с опытом, одному из тех, кто в этом списке давно, – узнали, что примерно в течение 2–3 недель должен прийти документ – решение Минюста РФ – на домашний адрес. Соответственно, когда будет этот документ, можно будет говорить о том, за что. Там, наверное, должно быть прописано, за что.

Пока, насколько я понял из разговоров с несколькими юристами иркутскими и московскими, есть одна серьезная проблема – не существует правоприменительной практики. Закон об иностранных агентах был принят достаточно давно, но в части появления списка именно физических лиц "иноагентов" – это новая история.

Несколько человек из тех, кто до меня появился в этом списке, пытались обжаловать решение. Но никто из них ничего не смог добиться. Нет соответствующего опыта.

Разговаривал с юристами, которые работают с "иноагентами"-НКО, они сказали: "Мы уже изучили практику с точки зрения НКО, юридическое лицо – иностранный агент, но мы пока не имеем опыта работы с физическими лицами". Поэтому будем пробовать. Обязательно буду об этом сообщать.

Сразу пресеку все разговоры про деньги. Об этом часто меня спрашивают, и вчера я успел прочитать несколько комментариев на тему: "А правда ли, что…" Неправда. И про движение в защиту прав избирателей "Голос" скажу – в августе оно угодило в список иноагентов – незарегистрированных общественных объединений. "Голос" не имеет никаких расчетных счетов ни в каком банке, поскольку нигде не зарегистрировано. Это движение без регистрации юридического лица. А в объяснении Минюста написано про какие-то деньги от неизвестной гражданки Армении – так вот, до сих пор никто не знает, куда же они поступили. Им просто-напросто некуда поступить по причине отсутствия счета.

Еще я пообщался с некоторыми, кто как физлица внесены в этот список, – могу сказать, что ни один из этих людей (говорю вам общую информацию, поскольку я у каждого под дулом пистолета не спрашивал) никакого иностранного финансирования не получает ни по линии движения "Голоса", ни по какой иной линии.

Поэтому эта история совсем не про деньги. Про что? Мы, наверное, сможем об этом сказать, когда будем иметь на руках хоть какие-то документы.

"Тебя уже уволили?"

– Что изменится для вас с этим статусом?

– Второй вопрос, который вчера мне задавали чаще всего: "Тебя уже уволили?" На сегодня пока не уволили, причем не уволили ни откуда. Директор телекомпании "Аист" сказал, что программа "Время вопросов с Петровым" будет продолжать выходить в том объеме, в котором выходила, с соблюдением всех норм законодательства. Проректор по науке Иркутского госуниверситета как представитель администрации вуза сообщил, что пока не видит каких-то причин для того, чтобы наши коммуникации поменялись. Но в этих двух проектах я не являюсь лицом, представляющим организации.

А вот с теми организациями, где я являюсь главным лицом, сложности есть. Это касается сетевого издания "Глагол" – здесь принято решение, что я временно ухожу с поста главного редактора издания, чтобы не усложнять коммуникации с Роскомнадзором, от которого мы еще не получили никаких пояснений по поводу, как именно "иноагентство" главреда повлияет на необходимость писать в издании эти прекрасные 24 слова [ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА]. Но я остаюсь в "Глаголе", я буду работать заместителем главного редактора и вести все те новости, которые я писал, курировал. Сколько это продлится – не знаю. Может быть, со временем что-то вернется, поменяется. Пока мы решили, что так будет правильно, поскольку этот статус привлекает внимание большого количества фискальных надзорных органов… Мы просто не знаем, как они будут реагировать.

У них самих нет понимания, как они должны себя вести. И мы не знаем, как себя вести. Мы, например, спросили вчера трех юристов, и два из них сказали, что мы теперь в каждом тексте должны упоминать вот эти 24 слова (буду носить специальную футболочку с этими словами, которую мне подарили вчера, пока не заучу). Вроде как главный редактор осуществляет редакционную политику, в том числе влияет на мнение трудового коллектива. Да, это мнение юристов, которые только начали изучать закон… Но мы уже приняли решение, чтобы статус не влиял на трудовой коллектив, а влиял только на тот контент, который я сам пишу… То есть если будут выходить авторские материалы, они будут помечены всем тем, чем они должны быть помечены.

– Станут ли из-за этого реже публиковать ваши материалы?

– Может быть… Возможно, и упоминать меня в личных постах в соцсетях. Конечно, я бы не хотел, чтобы Роскомнадзор начал всех подряд повально штрафовать за упоминание Петрова, и все стали бы ненавидеть Петрова. Проще отказаться упоминать. Не Петрова как человека, а Петрова как иностранного агента.

Пока раздумываю по поводу иркутского клуба молодых ученых "Альянс", президентом которого являюсь. Он в этом году отмечает 25 лет, и мы планировали в конце года или в начале следующего провести серию юбилейных мероприятий. А в рамках Альянса очень эффективно развиваются "Прогулки по старому Иркутску" (уже не только по Иркутску гуляем, часто выезжаем в старинные села и деревни, города области), в этом году им исполняется 10 лет, и тоже планируется серия поздравительных акций. Идет работа над запуском отдельного сайта по истории главной улицы Иркутска – Карла Маркса.

Не хотелось бы, чтобы запланированное было отложено. Возможно, для этого придется принять решение об уходе с поста президента.

Мне бы не хотелось, чтобы институты, которые занимаются проверкой, стали проверять все организации, связанные со мной. Я еще, к примеру, являюсь исполнительным директором фонда "Сохранение памяти и развитие наследия первого губернатора Иркутска Юрия Абрамовича Ножикова", членом управления Иркутского союза библиофилов Фонда развития книжной культуры. Хотя бы там я не занимаю руководящие должности, будет проще.

– Тот же Альянс в прошлом году выиграл грант на "Прогулки". Другие проекты часто реализуются по заявкам на гранты. Как новый статус скажется на этом?

– Я должен буду писать в любой заявке, что признан иностранным агентом. Это одно из условий – если я подаю какие-либо письма в органы государственной власти, я обязательно должен указать свой статус.

А как это скажется на решениях по заявкам – это не ко мне вопрос, это вопрос к тем, кто принимает решение. Я все время спорю, когда какой-то конкурс проводится – это конкурс проектов или организаций, за ними стоящих? Ответ по каждому конкурсу – на любителя. Поэтому как это отразится, я не знаю. Думаю, никто не даст ответа.

– А за уже выигранные гранты вы спокойны?

– Мне звонили после этого известия люди, которые имеют отношение к городским и региональным властям, но они высказывали свое частное мнение. Нет, ни губернатор Иркутской области, ни мэр города Иркутска мне не звонили. Но у меня есть понимание, что это московское решение, которое принималось без какого-то участия региональных властей. Как известно, ФСБ в Москве и ФСБ в Иркутской области – организации очень разные. А применение, исполнение законов контролируется именно на местах, поэтому посмотрим. Сверять часы и принимать новые решения мне в этом статусе приходится уже не в ежедневном режиме, а ежесекундном.

Вчера даже думал, может быть, зайти в региональное управление Минюста, но понимаю, что не они это писали, поэтому ни фига не знают. Если бы был у нас в области целый ряд, допустим, 20–30 человек иностранных агентов, Петрову быстро дали бы совет, что делать. А у нас в городе с иностранным агентом есть только одна история, которая закончилась плачевно, – НКО "Экологическая волна". После признания НКО иноагентом они как юрлицо самоликвидировались, потому что они понимали, что дальнейшая работа грозит серьезными штрафными санкциями.

Как я могу самоликвидироваться? Даже если уеду из Иркутска, перееду жить в Антарктиду и при наличии там интернета продолжу писать, статус иноагента никуда не денется.

Да, невозможность его снять – это очень странно. Могу предположить, что закон писался впопыхах. Кстати, принимали его все партии, в том числе и оппозиционная КПРФ – все в едином порыве за это голосовали. И они, наверное, просто не предполагали о том, что если написали закон, то по нему надо как-то жить и работать. Господин Песков несколько раз говорил о том, что, возможно, когда-то в это законодательство будут внесены изменения.

Разговаривал с тремя юристами – все говорят об одном: человек, который стал иностранным агентом, получил это звание пожизненно либо до того момента, пока закон не будет ликвидирован. Даже если, например, человек выиграет суд, он останется в этом списке, просто будет написано напротив его фамилии "исключен из реестра", но в нем он все равно останется. Либо должно произойти что-то такое, по которому просто закон будет отменен и, соответственно, тогда все, что связано с законом, тоже уйдут в никуда. Отмечу, это частное теоретическое мнение трех разных юристов. Как это есть на самом деле – никто не знает, потому что нет пока успешных кейсов.

Пока ясно, что мне станет очень сложно поздравлять вас с днем рождения на "Фейсбуке" и "ВКонтакте", потому что я должен прежде, чем что-то написать публично, написать те 24 слова. Любой пост, который я буду писать в любой соцсети, должен сопровождаться данным сообщением.

А еще с 1 октября я начинаю готовить специальные отчеты для Минюста обо всех своих финансовых затратах и приобретениях. Если бы меня признали иностранным агентом 1 октября, я бы отчет готовил только в январе, до 15 января. Поскольку меня признали им 29 сентября по московскому времени, я должен до 15 октября подготовить отчет о том, какие деньги я получил и потратил 29 и 30 сентября. Теперь буду каждый квартал слать такие отчеты в Минюст.

В случае однократного нарушения любых требований штраф составит 10 тысяч рублей, двукратного – 50 тысяч рублей, а после двух нарушений вступает в силу уголовная ответственность – 300 тысяч рублей штрафа или до 5 лет лишения свободы. Нарушением будет считаться не только, если я какую-то трату в отчет не включу, может, в какой-то публикации плашки не будет. Прокомментировал что-то, например, и при публикации 24 слова не указал.

Если, например, мы с вами завтра съедим по шашлыку, и я выставлю фотографию, я должен буду написать о том, что "данный материал создан и распространен иностранным СМИ, выполняющим функции иностранного агента или российским юридическим лицом, выполняющим функции иностранного агента".

 

Петров о выборах, сентябрь 2021 года

– Как вся эта история скажется на вашем положении политолога, участии в наблюдении за выборами?

– Сложный вопрос. Я являюсь кандидатом политических наук. Тема моего диссертационного исследования звучала так: "Выборы как единственный институт демократии в Сибири". Первые выборы, которые я наблюдал, – это были первые выборы в современной России 12 декабря 1993 года. У меня на разных выборах разный статус. Сначала студентом наблюдал, просто сидел на избирательном участке. Потом стал куратором, координатором, несколько раз состоял в международных миссиях по наблюдению за выборами. Писал об этом огромные статьи, давал интервью телеканалам. За эти 28 лет были только одни выборы, которые я пропустил из-за того, что не смог найти кандидатов, за которых готов проголосовать. А так я всегда нахожу, за кого голосовать. И сказать, что я с завтрашнего дня больше не подойду к избирательному участку, – это было бы, наверное, просто глупо. Тем более что моя жизнь связана не только с историко-культурными проектами, моя гражданская позиция никуда не делась.

– Бурная реакция пользователей сети на ваш статус "иноагента" удивила?

– Это уникально. Очень всем благодарен. Когда я 30 сентября вечером сел читать все, что было написано в соцсетях по поводу моего иноагентства... Я, наверное, в день рождения не получал столько хороших слов. Мы же в день рождения чаще пишем коротко – поздравляю, обнимаю, желаю. А здесь – сотни(!) хороших качественных текстов о людях, о жизни, о каких-то процессах, огромное количество фотографий с разных мероприятий, причем некоторые с 10-летней историей и более. Я там на одной фотографии увидел себя времен конца 90-х годов.

Наверное, есть в Иркутске какой-то дух человеческий, который заставляет меня здесь жить до сегодняшнего дня и, надеюсь, будет еще заставлять жить. Вчера меня несколько человек спросили: "Не готов ли я [уехать]?" Не готов. По крайней мере, на сегодняшний день. Не готов не потому, что не готов. А потому что не хочу. Мне хорошо живется в этом городе, несмотря на то что я все время получаю пинка под зад. Но здесь очень хорошая атмосфера, общение с людьми. То, что я вчера прочитал, – это очень трогает. На самом деле фактически все, что было вчера в этих поздравлениях и пожеланиях, – это не про Петрова, это про нашу жизнь.

Получилось так, что факт признания Петрова иностранным агентом заставил людей покопаться в своей собственной истории и вспомнить какие-то сложные или счастливые моменты своей собственной жизни. Мне как историку это очень интересно.

Я вообще считаю, что любовь к родине – она не в любви к государству в целом. А в любви к своей малой родине, городу, поселку, в котором родился. Поэтому мне особенно приятно было читать, что наши проекты, например, "Прогулки", пробуждают эту любовь, интерес к истории малой родины. Без этого строить будущее родины невозможно.

"Значит, хорошие – надо брать"

Пользователи сети действительно практически в каждом посте о Петрове упоминают о его увлеченности историей именно Иркутска и Иркутской области.

 

 

 

 

 

 

 

 

"Похоже, Alexey Petrov получил орден, который в ПРБ будет очень котироваться. Дай нам бог всем дожить и Алексею продержаться в новой реальности. А кто это инициирует? Всех координаторов "Голоса" централизованно записали в иноагенты или региональные власти "списки подают"?" – считает иркутянка Юлия Фадеева.

 

 

 

 

 

 

 

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх